Ральф Лорен: «Я ненавижу слово «мода»

Время публикации: 11 Декабря 2005
Автор: Cофья Райфикершт
Стоит произнести имя «американского любимца» Ральфа Лорена (Ralph Lauren) – Вселенная словно взрывается, и в сознании возникают сотни клише, связанных с его стилем. Однако почти никому не дано узнать, кто именно скрывается за этим человеком-мифом, выросшим в бедном квартале Бронкса в семье родителей, иммигрировавших 66 лет назад из России в Америку.

Он редко дает интервью, предпочитая слушать. «Поговорить обо мне, но почему?», - задает он традиционный вопрос и тут же переводит разговор на своего собеседника, демонстрируя уникальное умение выслушать и понять.

Да и в самом деле, зачем говорить о нем? Причин несколько. Прежде всего, потому, что Ральф Лорен живет тихо и незаметно, хотя с первого взгляда становится понятно, что он счастлив. А еще потому, что он создал огромную империю, отдав ей все, что у него есть: свою жизнь, свой талант, свое имя. Причем управлять этой империей он может отовсюду – из поместья в Колорадо, из квартиры на Манхеттене, из небольшого домика на пляже Ямайки или из виллы в Бедфорде, штат Нью-Йорк, причем неважно, где именно находится дизайнер, – свое присутствие он умеет обозначить многими способами.

В отличие от «какого-нибудь Джорджио Армани (Giorgio Armani)», которым, впрочем, сам модельер всегда восхищался, осознавая, что у них совершенно нет ничего общего, Лорен никогда не искал славы, скорее, наоборот, бежал от нее. Но при этом история его успеха уже сорок лет является настоящей американской гордостью. «Я всегда знал, что стану кем-то в жизни», - говорит Ральф Лорен чуть слышным голосом. - «Я стремился к успеху, я по-настоящему бился, чтобы моя дальнейшая жизнь отличалась от той, которая меня ожидала, и мне просто повезло: очень рано в моем сознании появилось представление о том человеке, которым я хотел стать».

А началось все в 1966 году, когда Лорен начал создавать крупные галстуки, которые он «позаимствовал» из романов Фитцжеральда: именно эта вещь становится не только первой визитной карточкой дизайнера, но и его пропуском в Большую Америку, которую он в то время решил покорить. Уже тогда он знал, что создание одежды – и есть его главное предназначение, но шить он решил не те вещи, которые вполне могут существовать и без своего обладателя, а именно те, которые становятся неотъемлемой частью глобального стилистического видения, пришедшего либо из романтизма, либо из кинематографа. «Тогда я даже не знал, кто есть дизайнер моды», - вспоминает Лорен. - «Но были люди, которые завораживали меня своей элегантностью и харизмой. Я захотел войти в их вселенную и стать похожим на них». У него не было диплома дизайнера, но гораздо более ценными в тот период оказались люди и образы, которые помогли Лорену создать основу собственного непревзойденного стиля – поло и вестерны, Джо Ди Маджо (Joe di Maggio) и Кэри Грант (Cary Grant), Фред Астэр (Fred Astaire) и Одри Хэпберн (Audrey Hepburn), и конечно же, неизменный фитцжералдьдовский «Великий Гэтсби».

Дальше все пошло само собой. Лорен сказал: «Я покажу вам лучшие моменты прошлого» и отправил дефилировать по подиуму самые яркие образы американской истории – вновь позолоченной, благословенной, бурлящей, заставляющей мечтать. Именно это и сделало Лорена самым любимым и могущественным дизайнером в истории американской моды. Жена Лорена Рики (Ricky), с которой он сочетался браком в 1964 году, становится его главной музой, первой «Ralph Lauren woman», вдохновляющей дизайнера на протяжении целых двадцати лет.

«Вневременное, но новое» - главное стилистическое кредо Ральфа Лорена. Его уже давно усвоил 34-летний Дэвид Лорен, единственный из трех сыновей великого модельера, который присоединился к его профессиональному клану в 2001 году. Отец считает его «чудесным сыном» и полностью доверяет, поэтому сегодня Лорен-младший занимается маркетингом, связями с общественностью и рекламой и, разумеется, полностью разделяет «глобальное видение работы» отца. Как и Ральф Лорен, Дэвид никогда не учился на дизайнера и никогда не пытался быть модным. Оба представителя клана вообще ненавидят слово «мода». «Мне жутко не нравится ни само слово, ни та кучка пустых людей, которые скрываются за этим понятием. Мне вообще все равно, нравится ли тому или иному журналисту вот эта блузка или вон та юбка. Для меня важна лишь связь между силуэтом и историей, которую я хочу рассказать», - признается Лорен.

Fashion-бизнес на самом деле стал для дизайнера тяжкой ношей, но без нее он просто не смог бы делать то, что хочет. Причем бизнес у Лорена процветает и является эталоном для многих других. Более 70% всего товарооборота Дом Ralph Lauren реализует в Америке, постоянно предлагая своим клиентам новые вещи – коллекции одежды, включающие в себя более 10 марок от «Polo» до «Purple Label», линии товаров для дома и парфюмерию. Остается завоевать пока еще не освоенные страны, в первую очередь Азию, чье богатейшее культурно-историческое наследие вдохновляет сегодня Лорена больше всего. «По натуре я совсем не путешественник», - признается Ральф Лорен. «Динамику я нахожу в собственных фантазиях, в тех местах, где я обычно нахожусь. В своих вещах я отражаю все лучшее, что, на мой взгляд, должно быть в тех странах, куда я потом привезу свои коллекции».



Поделиться:
 
 
 

Можете ли вы по достоинству оценить свою красоту?


Вы часто смотритесь в зеркало:
 
Ваше имя:
Защита от автоматических сообщений:
Защита от автоматических сообщений
Введите символы с картинки:
Редакция FashionTime.ru не несет ответственности за частное мнение пользователей, оставленное в комментариях.