Первый в истории «нуворишей» - Вандербильд

Время публикации: 13 Августа 2008
Автор: Наталия Апрельская

Вандербильду, который занимает второе место после Рокфеллера в списке самых богатых американцев всех времен, мы обязаны понятием «нувориш» и чипсами.

27 мая 1794 года в бедной семье на родовой ферме на Статен-Айленде родился Корнелиус Вандербильд - четвёртый из девяти детей. К 11 годам он бросил школу и стал помогать своему отцу-паромщику и на собственном опыте начал изучение проливов и течений в районе Нью-Йорка. За месяц до 16-летия он объявил матери, что собирается уйти из дома и стать моряком. В ответ она сделала ему деловое предложение: он вспашет и засеет на их ферме каменистый участок в 8 акров, после чего получит от неё взаймы 100 долларов на покупку судна. Он принял предложение и выполнил все условия. Так в 16 лет он стал гордым владельцем небольшой баржи. На ней Вандербильд перевозил пассажиров через залив, беря с них по 18 центов. К концу года он отдал матери долг и сверх того внёс в семейный бюджет свыше тысячи долларов. В 19 лет он женился на своей соседке и кузине Софии Джонсон, женщине не менее волевой и целеустремлённой, чем он сам. Она тоже участвовала в бизнесе - купила гостиницу в одном из перевалочных пунктов, где останавливались на ночевку пассажиры.

В 1812 году США объявили войну Англии, Вандербильд не растерялся и добился от федерального правительства эксклюзивного права на водные перевозки между Нью-Йорком и построенными вокруг него защитными фортами. Он смог наладить бойкое судоходство по реке Гудзон и к концу 1817 года увеличил свое состояние до $9 тыс. Однако в том же году у молодого бизнесмена появились конкуренты - пароходы, и прибыль компании стала падать. Не желая отставать от технического прогресса, Вандербильд продал весь свой парусный флот и поступил капитаном судна в пароходную компанию Томаса Гиббонса с жалованьем $60 в месяц. Решение работать по найму было принято потому, что Вандербильду, прежде чем развернуться в пароходном бизнесе, сначала нужно было в нем досконально разобраться.

Вскоре Корнелиус Вандербильд стал равноправным партнером Гиббонса по бизнесу. Этому способствовало его умение уничтожать конкурентов, делал он это не совсем честным способом - демпингом. Например, начал гонять свои суда по Гудзону без лицензии (монопольное право на перевозки было у Fulton-Livingston) , а цена билета была у него вчетверо меньше конкурентов, всего доллар, свои убытки он возмещал высокой стоимостью выпивки и закуски в судовом баре. Но, несмотря на дорогое питание на борту судов, Вандербильд все же нес убытки, однако у его конкурентов убытки были еще больше. Наконец они пошли на то, чтобы заплатить ему 100 тысяч долларов и платить еще по 5 тысяч в год, лишь бы он в ближайшие 10 лет не появлялся на Гудзоне. Вандербильд взял деньги и перевел свои суда на северное направление - в Бостон, Хартфорд, а также на южное - в Вашингтон и Гавану. В 1829 году Вандербильд решил, что узнал о пароходном бизнесе все, что хотел, и пустился в самостоятельное плавание, основав собственное дело.

К началу 1840-х годов его судоходная империя насчитывала уже более сотни пароходов, а штат был больше, чем в любой другой компании США. Личное состояние владельца выросло до полумиллиона долларов - и умножилось в разы после того, как в 1848 году в Калифорнии нашли золото.

Но миллионы не распахнули перед Вандербильдом дверь в нью-йоркский высший свет. Всякий раз, когда его приглашали отобедать с представителями местной элиты, он шокировал хозяек матросской бранью. Богатство Корнелиуса Вандербильда по тогдашним меркам было действительно вызывающим, но еще больше шокировали современников манеры магната. Он открыто кичился не только своим состоянием, но и своей неотесанностью и дремучим невежеством во всем, что не касалось бизнеса. «Всю свою жизнь я сходил с ума по деньгам - изобретение все новых способов делать их не оставляло мне времени на образование», - откровенничал он в газетах.

Образцом роскоши и безвкусия стал построенный Вандербильдом на родном Стейтен-Айленде трехэтажный дворец - его фронтон украшала бронзовая статуя хозяина, в позе античного бога восседавшего на троне. Выходки Корнелиуса Вандербильда вызывали у тогдашней американской элиты насмешки, но при этом нью-йоркский свет с поразительной скоростью перенимал любое новшество, исходившее от магната. Взять хотя бы его изобретение - картофельные чипсы. Догадайся Вандербильд вовремя его запатентовать - и оно одно принесло бы ему миллионы, а его наследникам - миллиарды. Правда, в этом случае пришлось бы делиться с соавтором - Джорджем Крамом, поваром отеля Moon Like House в Саратога-Спрингсе. Утверждается, что 24 августа 1853 года Вандербильд там остановился и за обедом остался недоволен поданной ему жареной картошкой - якобы слишком толсто нарезанной и оттого не прожаренной как следует. Чтобы умиротворить важного клиента, повар Крам настругал картофель тонкими полосками, обжарил их в большом количестве масла и посолил. Вандербильду новое блюдо пришлось по вкусу - все время пребывания в отеле он постоянно требовал его. Вскоре чипсы подавали в любом фешенебельном ресторане Америки - мысль о том, что спустя век чипсы станут символом плебейского общепита, тогда показалась бы бредовой.

Еще большее осуждение вызывали манеры богача в Европе. Он мог запросто снять на вечер для дружеской вечеринки крупнейший лондонский оперный театр, отменив запланированный спектакль и заплатив неустойку. В то время двери престижных клубов Старого Света оставались в целом закрытыми для янки. Впрочем, когда яхта Вандербильда прибыла в Англию, газета The Daily News пророчески сообщила: «Отныне определение «нувориш» должно рассматриваться как подлинный аристократический титул».

В 1853 году, имея 11 миллионов в банке, 60-летний Вандербильд решил, наконец, отдохнуть. Это был отдых капитана: он построил 80-метровую океанскую паровую яхту «Северная звезда» стоимостью полмиллиона долларов. Это была первая частная яхта такого класса - с обитой бархатом мебелью, с десятью салонами и столовой, отделанной мрамором. Со всей семьёй и в компании друзей Вандербильд совершил круиз вокруг Европы.

Несмотря на преклонный возраст, Вандербильд, чье личное состояние достигло $40 млн., продолжал осваивать новые для себя области бизнеса. Распродав накануне собственного 70-летия флот, магнат вновь сделал ставку на паровую технику, только сухопутную: пароходный король вознамерился переквалифицироваться в паровозного.

Строительство железнодорожной империи Вандербильд начал с приобретения одной из самых крупных и перспективных компаний - Harlem Railroad. Затем он решил купить еще и Hudson River Railroad, чтобы объединить их и получить контроль над ключевыми участками железнодорожного сообщения на восточном побережье. К концу жизни Вандербильду удалось построить железнодорожную империю с совокупным капиталом в $150 млн., две трети которого принадлежали лично ему.

Согласно последней воле Вандербильда оставленные им $105 млн. были поделены следующим образом: $1 млн. - Центральному университету (ныне университет Вандербильда) и примерно $9 млн. - детям, которых он считал пропащими, поскольку те заниматься бизнесом не желали. За исключением Уильяма - надежды Корнелиуса Вандербильда и продолжателя его дела, которому и достались остальные деньги.

Правда, сейчас от состояния Вандербильдов остались лишь дома-музеи и истории о великолепных яхтах, вечеринках и приемах. А также правила в бридж, которые были также изобретены и улучшены Вандербильдами. Но на сегодняшний день среди потомков этой фамилии нет ни одного миллиардера.



Поделиться:
 
 
 

Можете ли вы по достоинству оценить свою красоту?


Вы часто смотритесь в зеркало:
 
Ваше имя:
Защита от автоматических сообщений:
Защита от автоматических сообщений
Введите символы с картинки:
Редакция FashionTime.ru не несет ответственности за частное мнение пользователей, оставленное в комментариях.